Интервью Анатолия Гуницкого с Федором Чистяковым (июнь 1992 года)


Очередная беседа о пьянстве, но на этот раз с Федором Чистяковым (группа НОЛЬ). Место действия - Санкт-Петербург, Рок-клуб, 6 июня 1992 года. День рождения Спутника (представителя нового поколения сотрудников альма-матер, хороший парень и, несмотря на молодость, изрядный пьяница).

А.Г.: (с привычным автоматизмом): Тема разговора - музыка и пьянство. По-моему, эта тема очень интересная. Как ты думаешь?

ФЕДОР: Да, думаю, что тема обширная. Имеет безграничную ширь.

А.Г.: В чем же ее безграничность? (пауза)

ФЕДОР: В том, что продолжается все время.

А.Г.: Пьянство?

ФЕДОР: И музицирование.

А.Г.: Ты - пьяница?

ФЕДОР: (гордо) Да

А.Г.: Или алкоголик?

ФЕДОР: Нет, пьяница.

А.Г.: А в чем разница?

ФЕДОР: А я не знаю, а чем разница Может, и алкоголик

А.Г.: Среди твоих знакомых музыкантов есть алкоголики? (очень долгая пауза)

ФЕДОР: Да я не знаю... Все всё время то пьют, то не пьют.

А. Г.: Если тебя напрягает этот разговор, то ты скажи.

ФЕДОР: Ну да, надо говорить о музыке и... о пьянстве! Зачем говорить о друзьях?

А.Г.: Хорошо. Вот тебе пьянство помогает или мешает заниматься музыкой?

ФЕДОР: Одновременно мешает и помогает.

А.Г.: Может ли быть такое?

ФЕДОР: Да, конечно. Вообще действительность сопротивляется и способствует одновременно.

А.Г.: (въедливо) А в чем помощь?

ФЕДОР: Помощь в том, что не знал, что делать... вдруг раз! - и напился.

А.Г.: И в чем помеха?

ФЕДОР: Помеха в том, что было дело... и вдруг нажрался.

А.Г.: Чем же все это может кончиться? Ты не загадываешь? (долгая пауза)

ФЕДОР: Нет.

А.Г.: Хорошо. Тогда конкретизируем разговор. Вот сейчас при нас накрывают стол. Он не слишком роскошен, но по нынешним временам и не очень плох. Не знаю, правда, какие напитки здесь появятся, но что-то это сулит...

ФЕДОР: Да, сулит, что должны появиться какие-то напитки.

А.Г.: (зловеще) И соответствующие последствия...

ФЕДОР: (смеется) Какие последствия?

А.Г.: (тоже смеется) Ну, я о том, что сейчас, на входе, все в кайф.

ФЕДОР: (непонимающе) Музыка, что ли?

А.Г.: (раздраженно) Нет! Какая тут будет музыка?

ФЕДОР: Понятно… (смеется) Какая... тут... музыка...

А.Г.: (тоже смеется, с туповатой таинственностью) То есть я имею в виду дальние ходы, типа, что вот сейчас все хорошо, потом... будет тоже хорошо какое-то время, а вот потом будет хуже... Или - нет...

ФЕДОР: Это как покатит.

А.Г.: Да. Вот как покатит. Да.

В разговор врывается сотрудник рок-клуба Ольга Слободская.

СЛОБОДСКАЯ: Гуницкий, а Гуницкий?

А.Г.: (недовольно) Мы работаем. Не мешай.

ФЕДОР: Говорим о пьянстве и о...

А.Г.:... и о музыке. Не мешай!

СЛОБОДСКАЯ: (невозмутимо) Послушай, как сказать по-русски правильно: "В группе командированных" или "командировочных"?

А.Г.: (громко) Командированных! (Федор ухмыляется) А ты знаешь, какая основная проблема у человечества? Найти то количество спиртного, чтобы было по кайфу, но не более того. Никому, по-моему, не удавалось найти вот эту дозу и вовремя остановиться. Тебе удавалось? Хоть раз?

ФЕДОР: Да, неоднократно.

А.Г.: То есть ты находил в себе силы вовремя...

ФЕДОР: Нет, я уже не находил в себе силы, поэтому все прекращалось.

А.Г.: Я не об этом. Прекращалось… это ведь уже какие-то последствия.

ФЕДОР: (скучным голосом) Ну, иногда водки не хватает.

А.Г.: (с идиотской настырностью) А можно ли - как ты думаешь - найти то количество спиртного, которое позволит нам... (в разговор пытается влезть иногородняя девушка Айгуль) Ты не права. Потом... Вот... найти это количество и вовремя остановиться! Я всю жизнь пытаюсь это сделать и как-то...

ФЕДОР: (жестко) А зачем?

А.Г.: Потому что эта граница - самый кайф. Дальнейшее уже перебор.

ФЕДОР: Да?

А.Г.: Нет?

ФЕДОР: Все равно потом начинает отпускать и надо добавлять еще.

А.Г.: Это верно. Ну, потом найти...

ФЕДОР (с воодушевлением): ...потом найти другую границу и так все время искать границу.

А.Г.: Да... тяжело. Но хотелось бы.

АЙГУЛЬ: (все-таки влезла в разговор) Не нужно никаких границ. У рок-музыки нет границ!

А.Г.: Почему нет?

ФЕДОР: (весело) Рок-музыка покроет все!

А.Г.: А что она, собственно, покроет? И что она покрыла?

АЙГУЛЬ: Она не собирается никого покрывать. У нее нет границ.

ФЕДОР: (довольно) Нет границ!

А.Г.: У всего есть границы. У жизни есть границы.

АЙГУЛЬ: (с нарастающим упорством) У жизни нет границ. ФЕДОР: (услужливо) У жизни тоже границ нету.

А.Г.: У физической жизни.

АЙГУЛЬ: Ты что думаешь, семьдесят лет назад просто так, что ли, революция случилась? Кто ее делал?

А.Г.: (уныло) Не знаю.

ФЕДОР: (глумливо) В каком году родился и зачем?

А.Г.: Какие есть границы и у чего?

АЙГУЛЬ: Нету границ

А.Г.: Вообще ни у чего?

АЙГУЛЬ: У человека (неразборчиво).

А.Г.: Как это определяется?

ФЕДОР (взрывается): Только я не понимаю - зачем? Ты скажи, для какой цели надо это выяснять, и тог да я, наверное, скажу, где границы.

А.Г.: (устало) Федя, я не знаю.

ФЕДОР: А! Ну, тогда я тоже не знаю. Просто непонятно - зачем?

АЙГУЛЬ: (тихо, но упрямо) Никаких границ не существует.

А.Г.: Есть границы между государствами.

АЙГУЛЬ: (упрямо) Нигде не существует границ.

А.Г.: Между кем и кем?

АЙГУЛЬ (несколько обиженно): Причем здесь между кем и кем?

А.Г.: (вяло) Почему не существует? На самом деле, существует. Вот любит человек - потом не любит.

ФЕДОР: Водка и рок (смеется).

АЙГУЛЬ: Не бывает такого. Человек любит один раз. Если он рожден, он любит один раз - и все. Любовь - она однозначна.

А.Г.: (терпеливо) Ну, как это однозначна? Вообще нет ничего однозначного.

АЙГУЛЬ: Это хотят утвердить критики. Такие, как ты.

А.Г.: Да я не критик. Сама ты критик! Просто нет ничего однозначного. В чем однозначность любви?

АЙГУЛЬ: Ты начинаешь придираться к словам.

А.Г.: Да. Потому что ты так ставишь вопрос.

ФЕДОР: (радостно) Потому что у меня такая работа!

А.Г.: (раздраженно) Никакая не работа! Просто однозначный подход!

ФЕДОР: Мы, в конце концов, о пьянстве говорим.

А.Г.: Ну, это тоже в тему. Пьянство, наркотики. Все это очень интересно.

АЙГУЛЬ: Вертинский... тоже торчал. На кокаине. Ну и что?

А.Г.: А кто его, собственно, лажает в данный момент? Это же частное дело Вертинского.

АЙГУЛЬ: Я не видела кокаин и видеть не хочу. На самом деле мне противно... (неразборчиво) Такие люди, как Шина - они подрывают авторитет. (Шина, она же Светлана Данилишина-сотрудник РК - прим. А.Г.)

А.Г.: Какие люди?

АЙГУЛЬ: Такие люди, как Шина.

ФЕДОР: (примиряюще) Но мы же о высоком. Что ты сразу в материальную жизнь полезла?

А.Г: У тебя есть какая-то озлобленность. Это плохо.

АЙГУЛЬ: В конце концов, кто делает революцию?

ФЕДОР: Кого? Революцию?

А.Г: Массы.

АЙГУЛЬ: Кто сделал перестройку?

А.Г.: Рок-н-ролл, И Сахаров.
АЙГУЛЬ: (страстно) Кто, кто все это делает? Кто все это воротит?

А.Г: Не найти такого человека. Нет одного человека.

АЙГУЛЬ: Есть, есть.

А.Г: Так кто же сделал перестройку?

АЙГУЛЬ: Перестройку сделали мы.

А.Г.: А?

АЙГУЛЬ: Сделали мы перестройку!

А.Г.: Видишь, значит, я прав, нет одного персонального человека…

АЙГУЛЬ: Нет, конечно. Персонального быть не может

A.Г.: Значит, и звезда не нужна. (резко) Какой твой любимый напиток?

Айгуль что-то пытается объяснить, но в это время начинается всеобщий гвалт, просыпается Спутник, его поздравляют, поют "Happy Birthday". Начинается шумное застолье" во время которого дамы из РК громогласно изгоняют Айгуль и выталкивают ее на улицу Рубинштейна, за что А.Г. называет их "держимордами" и "двуногими". Вернуться к диалогу с Федором уже никак невозможно.


Анатолий Гуницкий

опубликовано в журнале "Rockfuzz" №20
1995