Федор Чистяков. "Когда проснется Бах".

Честно говоря, я всегда считал, что рецензию на каждый конкретный альбом должен писать человек, который в этом альбоме нашел для себя хоть что-то позитивное, неожиданное, интересное или просто греющее душу. Ругательные рецензии, как правило, не интересны в принципе - ломать, известное дело, не строить. Поэтому, усевшись с ручкой и блокнотом у проигрывателя и внимательно прислушиваясь к доносившимся из колонок звукам, я честно пытался найти хоть одну зацепку, хоть какое-то объяснение тому, зачем, собственно, был записан альбом "Когда Проснется Бах". С вопросом, для кого он издан, затруднений как раз нет - можно смело предположить, что для твердокаменных почитателей группы НОЛЬ любая ассоциирующаяся с ней работа будет лучшим подарком на любой праздник. Речь, впрочем, совсем не о них. Альбом ли это вообще?. Уже давно минули славные шестидесятые, когда, накопив десять-двенадцать разношерстных номеров, группа имярек без затей компоновала их под одной обложкой, чем добавляла еще одну птичку-галочку к своей дискографии. За последние двадцать лет на Западе (да и у нас, почитай, лет пятнадцать) утвердилась идея альбома как концептуального продукта, связанного общей художественной задачей (таковая может быть явной, а может и неявной) набора музыкальных фрагментов. Нередко встречаются альбомы-монологи, в песнях которого их автор излагает свои взгляды не по конкретному адресу, а в форме этакого потока сознания. Задача эта может быть решена или не решена, тема раскрыта или не очень, однако, формула альбома при этом не меняет своего смысла. С какой из этих мерок ни подходи, концепции в чистяковском "Бахе" нет (или она завуалирована так основательно, что постороннему наблюдателю не дается). Есть эклектичный набор прелюдий и небольших пьес Баха и Альбинони, сыгранных со старанием примерного ученика музыкальной школы. Есть крайне невнятная заглавная песня про Иоганна-Себастьяна (который проснется и порадуется - чему, спрашивается?). Есть, по-моему, совсем неуместная тут песня про "Лесного Оленя" (если не ошибаюсь, из детского фильма тридцатилетней давности "Ох уж эта Настя") - если бы году так в 1987 ее спел сам НОЛЬ, это прозвучало бы как не самая остроумная шутка, сегодня "Олень", исполненный с пафосом пионерок-отличниц из школьного хора вызывает скорее раздражение.

В отсутствие концепции единственным сколько-нибудь интересным номером может считаться вольное переложение темы DOORS "Реорlе Аrе Strange", - хотя бы самим выбором источника. Можно предположить, что Федор Чистяков (больше не Дядя и уже не Инвалид Нулевой Группы, а совершенно здоровый член общества), музыкант, как мне всегда казалось, до мозга костей, оказался в старательно возведенном им вокруг себя узком загончике - не играть он не может, а играть нечего - поскольку новоприобретенная идеология вынуждает его отказаться от своих же, рожденных прошлым жизненным опытом песен. Новый ехрerience на песни, похоже, не вдохновляет - вот и пошел в дело багаж, накопленный еще на школьной скамье. Впрочем, то, что Чистяков нашел в себе мужество разом отказаться и от популярного имени, и от своих песен, и от славы со всеми ее плюсами и минусами, не может не вызывать уважения. Он выбрал дорогу - Господь ему судья.


Р.S. Временами альбом производит щемящий эффект "обратного узнавания": когда в музыке вдруг возникают фрагменты классических опусов из числа тех, которыми Дядя Федор некогда лихо украшал свои ернические куплеты - иной раз кажется: ну, вот, счас начнется... Увы, не начинается...




Андрей Бурлака

опубликовано на вкладыше к альбому "Когда проснется Бах"