Свидетель Чистяков

СОЗДАТЕЛЬ ГРУППЫ «НОЛЬ» ТЕПЕРЬ УВЛЕКАЕТСЯ ЧАПЛИНЫМ, МУЛЬТФИЛЬМАМИ И ЦИТИРУЕТ БИБЛИЮ

С Чистяковым мы договорились встретиться у выхода из станции метро «Садовая». Не подойди он ко мне первым, я бы его не узнал: изможденного вида бледный мужчина с черным портфельчиком, в рыжей дубленке и смешной дубленочной шапке. Говорил он поначалу отрывисто, временами подвешивая паузы секунд на тридцать.

Мы пообедали в кафе, разлили на двоих чайник зеленого чаю, и общение стало потихоньку налаживаться.

– Федор, ты в последнее время поешь много песен на стихи для детей. А мультики любишь?

– Конечно. Мне, например, очень нравится наш «Остров сокровищ». «Приключения капитана Врунгеля» тоже ничего. Диснеевскую «Алису в Стране чудес» 60-х годов люблю, «Шрэка».

– А какое кино смотришь?

– Последнее время у меня было такое увлечение, я купил и пересмотрел все фильмы Чарли Чаплина. Я так себе раньше представлял, что это комедии с набором пенделей и подзатыльников. А на самом деле они очень человечные, и побуждают серьезно задуматься. Чаплин, хоть и был клоуном, поверхностным человеком не был.

– Я так понимаю, что его в определенный момент перестал устраивать комедийный жанр и он начал делать нечто новое. А публика по-прежнему воспринимала его как Петрушку и ждала от него только новых комедий. У тебя такая же история?

Федя некоторое время молча смотрит в окно, за которым плотно валит снег.

– Я пытался пробиться на «Наше радио», разговаривал с Михаилом Козыревым. Он говорит: «Если ты хочешь, можешь быть как Том Уэйтс. Он плевал на всех, и как ему нравится, так музыку и делает. А если ты хочешь занимать места в рейтингах, тогда нужно принимать во внимание некоторые условия».

– И какие у тебя мысли на этот счет?

– Да я так подумал, что лучше самому получать удовольствие от того, что делаешь, и дарить людям радость. Я не пропадаю: на жизнь хватает, на творчество хватает, чего еще надо?

С минуту Федя молча пьет чай.

– Неприятное, конечно, сравнение, но я теперь живу, как раб. Я уже настолько привык к тому, что мне не приходится выбирать, что мне нравится, а что нет.

– В той музыке, которую ты сейчас играешь, понемногу намешано и от джаза, и от блюза, и от арт-рока, и от буги. Ты сам какую музыку слушаешь?

– В большей степени я, конечно, воспитан на роке. Хотя в последнее время и джазом интересуюсь, например, регулярно слушаю наше питерское радио «Эрмитаж» и понимаю, что такой уровень для меня уже недосягаем. Я уже далеко проехал по другой дороге.

– Я в «Ондатре», в отличие от твоей прежней музыки, практически не услышал музыкальных цитат, но зато наткнулся на откровенный стеб: местами над «Аквариумом», местами – над Кинчевым.

– Кинчева вспоминали, сто процентов. Во время записи музыканты начали говорить, что ради усиления коммерческого эффекта надо его пригласить, чтобы он спел песню «Ондатр». Я говорю: «Не знаю, что получится, я с ним не знаком».

– Тебе вообще интересно, что с нашими музыкантами происходит, что они играют? Вот, например, Мамонов?

– Я в том году случайно попал на его спектакль. Такое ощущение, что он настолько в себе и в своем имидже, что человеку постороннему даже не понять, что он делает.

– А ты не думаешь, что тебя теперешнего и твои новые альбомы люди воспринимают точно так же? Поешь «Доктора Айболита», «Подледную рыбалку», на последнем альбоме у тебя половина всех песен – про зверей: там и ондатр, и медведь, и мышь, и барашек.

– В группе «Ноль» мы делали пролетарский рок, фольклор петербургских окраин. Но потом со мной произошла перемена, я стал верующим человеком, стал изучать Библию, стал свидетелем Иеговы, и у меня полностью поменялось мировоззрение. У меня был вопрос, как реализовать себя теперь, и как раз детские стихи для меня оказались хорошей находкой. Правда, для людей, которые хотели бы каких-то серьезных песен, они немного простоваты. Но с другой стороны, тот же Крылов писал басни про животных, и в этом были человеческие характеры.

Всего мы проговорили полтора часа, в процессе Федор доставал из портфельчика Библию в кожаной обложке на молнии, цитировал девятый и двенадцатый стихи из Книги откровений. Потом засобирался ехать домой, снова стал собранным и печальным.


беседовал Олег Матвеев

опубликовано в журнале «Большой город» №3
http://bg.ru/city/svidetel_chistyakov-3260/

13.02.2004